Житель Карасукского округа Новосибирской области Анатолий Батиенко жил обычной мирной жизнью, следил за новостями из зоны специальной военной операции. Как-то друг предложил пойти добровольцем. Вместе подали документы: приятель из-за давления не прошёл комиссию, а Анатолию сообщили дату отправки — 21 октября. Это был 2023 год.
«Наверное, я потерял смысл жизни. Семьи не было: сначала брата похоронил, потом сноху, супругу, последним ушёл из жизни отец. В Карасуке я остался один. Дочь Юля живёт в Новосибирске, Наталья — в Ростове. Уже взрослые. Такая пустота была… А тут всё завертелось — некогда тосковать», — рассказал НДН.инфо Анатолий Батиенко.
Страха у мужчины не было: знал, что за плечами — армейская школа сержантов в воинской части под городом Чебаркуль Челябинской области. Правда, это было давно — с 1985 по 1987 годы.
Футболист, хоккеист, призывник
Любому советскому юноше хотелось служить в армии. Анатолий не был исключением. Много об этом рассказывал старший брат — разница между ними четыре года, да и друзья делились впечатлениями. Призыва он ждал с нетерпением: к этому словно готовила сама жизнь. Братья с детства занимались спортом — сначала гоняли мяч на улице, затем записывались в спортивные секции. Толя, как многие сверстники, увлекался футболом и хоккеем. Вместе с братом занимались в своём микрорайоне Стройке, выезжали на соревнования в сёла района, тренировались на спортивных площадках. С радостью в любую погоду спешили на хоккейную коробку — хорошо помнит, как перед занятиями сами сначала очищали лёд от снега.
«Спорт дал хорошую закалку и здоровье. Нравились и футбол, и хоккей. Формы, конечно, у нас не было. Даже клюшки сами мастерили. Помню, к нам из разных городов приезжали команды хоккеистов. Турниры проходили на коробке возле железнодорожного училища № 37, ныне Карасукского политехнического лицея. Мы смотрели игры, а после просили у взрослых мужчин-спортсменов продать нам клюшки. Покупали по три, по пять рублей — и такие счастливые были», — вспоминает карасучанин.
Какая неведомая сила гнала юношей на уличные площадки? У многих и настоящих коньков не было: тогда конструкции с лезвиями надевали прямо на валенки.
Путёвку во взрослую жизнь Анатолий получил после окончания школы № 2. Первым этапом была армия. Попал в автомобильные войска. Дослужился до командира отделения. Два года пролетели быстро, армейские будни оставили много приятных воспоминаний.
Непростое решение
Возмужавший после армии карасучанин получил профессию в Омском железнодорожном техникуме. Работал проводником, поездным электромехаником. Пять лет трудился на патронном заводе в Новосибирске: на поточной линии был наладчиком роторного оборудования — можно сказать, работал в оборонной промышленности. Позже пришлось вернуться в Карасук: в его заботе нуждались пожилые родители.
«Начал терять родных: брат, жена, мама… 22 сентября отец ушёл из жизни. Было тяжело. 21 октября я ушёл на СВО. Просто собрался и поехал», — поделился воспоминаниями Анатолий.
География проста: Карасук — Новосибирск — Новочеркасск, где он провёл на полигоне около трёх недель и занимался военной подготовкой. Признаётся, что в 58 лет непросто было вернуться к строевой подготовке, но он мог пробежать от пяти до десяти километров, на отлично стрелял из автомата Калашникова (АК-74), метал гранаты. Жили в палаточном городке. С благодарностью вспоминал армейскую школу сержантов.
«Это воспринималось как военно-спортивная игра «Зарница». Страха нет. Некоторые ребята уже здесь понимали, что не готовы к таким условиям: их пугало будущее. Среди нас пятьдесят на пятьдесят — молодые и возрастные мужчины. Самому старшему — 62 года. Никого из них больше я не видел», — говорит ветеран боевых действий.
Затем — Донбасс. В ноябре после очередного построения бойцам-новобранцам озвучили их дальнейший путь. Анатолий в зоне СВО служил на Бахмутском направлении, вместе с ним в отряд попал земляк из Черепановского района Новосибирской области.
Боевое крещение
Отряд сибиряка остановился в здании следственного изолятора в городе Бахмут Донецкой области. Пятый этаж полностью разрушен. Бойцы заняли подвал.
Боевое крещение штурмовик Батиенко, заместитель командира взвода (сослуживцы прозвали его Батей), принял на первом задании 20 ноября. Ему и 25-летнему бойцу с позывным Нато приказали занять позиции на железнодорожном переезде у села Клещеевка. До «нулевой» точки передовой их довезли на машине, затем — пешком.
«Шли под постоянными обстрелами. По нам работали и дроны, и миномёты. С командиром связывались по рации. Взяли переезд — это уже линия фронта, на нём закрепились. Двенадцать часов оборонялись. В очередной обстрел нас с Нато разбросало: я добежал до опорного пункта, где находились ребята из контрразведки. В это время подошла диверсионно-разведывательная группа — они отсиделись и продолжили путь», — скупо рассказал он.
Атака с неба продолжалась. Анатолий звал Нато из укрытия: тот отозвался, но не сразу — из-за взрывов. Как оказалось, молодого человека ранило. Командир пошёл за Нато и получил пулевое ранение. Карасучанин продолжал ждать сослуживцев и затишья, чтобы приступить к выполнению приказа. В это время опорный пункт атаковал противник: занять позиции пытались несколько человек. Не мешкая, Анатолий Батиенко открыл огонь и уничтожил несколько человек, остальные ушли.
Он продолжал ждать… Ни командира, ни Нато не было. Принял решение покинуть позицию.
«Нато оказался таким же бесстрашным парнем… Я думал, что он погиб», — сказал он.
Батю подобрали бойцы из взвода, и на автомобиле вернулись в «тюрьму», как между собой называли разрушенный следственный изолятор. Позади был один бой — один день.
Весточка родным
Небольшой отдых, за это время нужно привести в порядок форму, приготовить еду, позвонить дочерям Юлии и Наталье. И не только: ребята готовили записки с номерами и короткими посланиями семьям — «жив, здоров». Никто на том конце провода уже не удивлялся звонку с незнакомого номера и чужому голосу. Наоборот, радовались весточке от сына, мужа, отца.
Чтобы поймать сигнал, Анатолий рисковал. С кнопочным телефоном поднимался на самый верх разрушенной девятиэтажки.
«Уехал — и дочерям ничего не сказал. Они узнали, когда уже прибыл сюда. Не всегда получалось позвонить: только когда было спокойно. Родные сослуживцев ничего не спрашивали — не в первый раз. Молча слушали: мол, «живой, служит». В ответ чаще всего говорили: «Спасибо, сынок», кто-то молчал», — поделился боец.
Атака, окопы и ранение
Новое задание Анатолий Батиенко получил 25 ноября. Старший группы — Батя — вместе с Вентом, Гарри и ещё одним бойцом (имя Анатолий даже не запомнил) должны были занять высоту — холм «Рыбий хвост», закрепиться в лесопосадке и ждать штурмовиков. Местность незнакомой: с собой только бумажная карта и ориентир — звёзды на небе.
Заходили под утро. Весь «Рыбий хвост» под обстрелом. Опорный пункт искали по очереди. Через несколько дней, 29 ноября, Анатолий получил ранение.
«Командир сообщил, чтобы я встречал группу, поэтому выглядывал из окопа. Ребят не видно, а надо мной уже дроны висели. Сбросили две гранаты — мимо. Следующая упала рядом со мной… Ребята рядом. Даже не думал — сразу накрыл её собой. После взрыва ко мне подбежали бойцы. Я дышать не мог. Обезболили. Помню, мыши набежали — видимо, почувствовали запах крови. Перебинтовали. Гарри меня потащил к «нулевой» точке, чтобы отправить на технике в госпиталь. Три километра пешком… Там же в лесу нашли ребят из группы — стало понятно, почему они вовремя не пришли…», — сказал он.
Он смутно помнит, как добрались до места, как ждали машину, как везли его на квадроцикле. Первую операцию сделали в полевом госпитале, затем отправили в Бахмут, потом — в Луганск.
«Из меня доставали осколки. Оперировали почку, печень, лёгкие, желудок, селезёнку. Два ребра были сломаны. Ещё много осколков во мне осталось. Меня оперировали и в госпитале Вишневского в Москве. После лечения отправили в Ростов — на комиссию. 19 января комиссовали», — рассказал боец СВО.
После вердикта военно-врачебной комиссии, вернулся домой, отдохнул и навестил дочерей. Что дальше? Не планировал. Просто приходил в себя, слишком многое в его жизни произошло за последние полгода.
15 марта 2024 года заместителю командира взвода мотострелковой дивизии Анатолию Батиенко вручили орден Мужества. Награду получил при построении в воинской части города Новочеркасск.
Встреча с сослуживцем
Весной прошлого года Анатолию Батиенко позвонили с телеканала «Звезда». Спокойный и сдержанный карасучанин удивился, когда узнал, что его приглашают в Москву на передачу «Ищу СВОих».
В телевизионную студию он вышел почти последним героем. В одном из бойцов в балаклаве сразу по глазам узнал своего сослуживца Нато — и не ошибся. Обнялись, поздоровались как братья.
«Через полтора года именно в студии узнал, что Серёга Софронов — Нато — выжил, долго лечился в госпиталях, не погиб. Он искал меня в интернете, а благодаря «Звезде» смог узнать, что я жив», — рассказал Анатолий.
Объяснил, почему незнакомый ему человек, который годится в сыновья, стал таким близким.
«Там другая жизнь. Вдвоём шли на задание — друг другу спины прикрывали. Это очень ценно. В мирной жизни человека много лет узнаёшь, а там и дня хватает. Нато оказался бесстрашным парнем, как и я. И сейчас он продолжает служить: работает с дронами», — завершил рассказ карасучанин.
Второй день рождения
Нато и Батя на всю жизнь останутся частью боевого братства: будут узнавать друг друга и других бойцов СВО по приметам, незаметным для тех, кто не был там, на передовой.
Продолжают общаться. В феврале этого года Анатолий специально приехал в Новочеркасск, чтобы встретиться с Нато, который получил короткий отпуск.
Сейчас Анатолий Батиенко надеется найти ребят, которые были с ним на втором задании. Ему есть что сказать тем, кто оказал ему первую помощь и практически на себе, под ударами дронов противника, вынес с передовой до «нулевой» точки. А день, когда он закрыл собой гранату, считает вторым днём рождения.
Ольга ЛЕВИНА