20 апреля 2026 года на оперативном совещании губернатор НСО Андрей Травников сделал одно из самых ожидаемых объявлений последних недель — об отставке заместителя председателя областного правительства, ответственного за агропромышленный комплекс, и, по совместительству – министра сельского хозяйства. После того, как ситуация с забоем скота в регионе вышла на федеральный уровень, а сам министр отметился побегом от пострадавшей фермерши Светланы Паниной, дни Андрея Шинделова на своём посту были сочтены. Недвусмысленно на это указывали и высказывания московских чиновников, приезжавших в регион в разгар скандала. Сакральная жертва должна была быть принесена, что прекрасно понимал и сам Шинделов, проработавший на своём посту всего один год и 8 месяцев. Но поводов снять его раньше и без ветеринарной «истории», ставшей мощным катализатором, было предостаточно. О чём в своём комментарии об отставке открытым текстом заявил глава региона. Давайте вспомним этапы короткого и не очень яркого пути теперь уже экс-министра, чтобы понять, что всё было закономерно.
Чужой среди своих
Последние 20 лет министрами сельского хозяйства региона были легендарный Георгий Васильевич Иващенко, ушедший от нас в прошлом году, Василий Андреевич Пронькин, также поработавший курирующим вице-губернатором, и Евгений Михайлович Лещенко, который ушёл со своего поста в 2024 году по состоянию здоровья. Всех их объединяло не только сельское происхождение, но и конкретный опыт работы как в аграрном секторе, так и на различных руководящих должностях в районных администрациях. У Андрея Викторовича начало карьеры совпадает с предшественниками: вырос в селе Балта Мошковского района, закончил сельхозинститут, но дальше пошёл по преподавательской и научной стезе: защитил кандидатскую диссертацию по техническим наукам, позднее окончил магистратуру по специальности «Государственное и муниципальное управление». И даже несколько лет поработал первым замом министра Лещенко, где обязан был получить нужный опыт общения с сельхозпроизводителями. Но все 20 месяцев не покидало ощущение, что настоящие аграрии-практики никогда Шинделова «своим» не считали.
Отдельная претензия, которую неоднократно высказывали, например, депутаты Законодательного собрания – неумение министра наладить управленческие механизмы непосредственно в своём ведомстве. Практически все заместители, и многие начальники отделов из команды Лещенко быстро покинули министерство, и в Минсельхозе сложился явный тренд на привлечение представительниц прекрасного пола. В принципе, у нас сейчас и федеральный министр – женщина, так что наш регион был в тренде, но претензии часто высказывались не по половому признаку, а по профессиональным качествам. Есть два главных направления по которым Шинделову «предъявляли» не только в законодательной, но и в исполнительной власти – развитие сельских территорий и господдержка. Так вот, управление развития сельских территорий и инвестиций, а также отдел государственной поддержки сельскохозяйственного производства (а на сегодня это 18 человек, при одной свободной вакансии) за единственным исключением полностью сформированы из женщин. Ещё раз заранее прошу извинения у всех женщин, но многие директора хозяйств области и представители районов много раз открытым текстом говорили, что именно с этими структурами министерства им работается сложнее всего. А кульминацией стал беспрецедентный шаг аграрного комитета Заксобрания, принятый буквально накануне отставки. Депутаты единогласно инициировали изменение Устава области, чтобы ввести обязательное согласование с ними кандидатуры на пост министра сельского хозяйства. А это о чём-то, да говорит.
Смешно, что аж грустно
«Поводом для этого стали накопившиеся сигналы и претензии по различным направлениям работы: неоперативность доведения мер господдержки для сельхозпроизводителей, срывы в реализации программы комплексного развития сельских территорий», — это прямая цитата губернатора, объяснявшего 20 апреля причины отставки Шинделова.
Закон о господдержке сельхозпроизводства, принятый в 2006 году – гордость нашего региона: он был первым в России, и стал прообразом принятого позднее федерального закона. И было очень неприятно, и даже смешно, слышать, что область, придумавшая эту систему, в нынешнем десятилетии стала одной из худших в России по неосвоению средств как федеральной, так и областной поддержки. Смешно, если бы не было грустно, ведь ежегодно наши аграрии недополучали сотни миллионов рублей. Справедливости ради, первые тревожные «звоночки» начали возникать ещё в последние годы работы Евгения Лещенко, но команда Шинделова не предприняла никаких мер, включая консультации и помощь аграриям, чтобы исправить неприятную тенденцию. А подавляющее большинство районных управлений сельского хозяйства, формально входящих в структуру исполнительной власти, были полностью выключены из этого процесса.
И даже в ситуации с изъятием и уничтожением скота у десятков фермерских хозяйств, главной проблемой стала не сама вспышка пастереллёза – хотя 700 миллионов для бюджета региона лишними бы точно не стали — а крайне непрозрачная и затянутая процедура выплат компенсаций, продолжающаяся до сих пор. Аграрии жаловались на отсутствие чётких регламентов, бюрократические проволочки и нежелание чиновников идти на контакт. Именно эта ситуация спровоцировала визит фермеров в правительство, и тот самый скандальный «побег» министра из собственного кабинета.
От развития до стагнации
Когда в России была запущена федеральная программа «Комплексное развитие сельских территорий» (КРСТ), то первые три года наш регион входил в топ-10, а порой и в топ-5 регионов страны, по объёму привлечения федерального финансирования. Один Маслянинский район, сейчас – муниципальный округ, защитил и реализовал проектов более чем на миллиард рублей. Но шли годы, и ситуация постепенно ухудшалась, в основном из-за долгостроев. Самый яркий пример — бассейн в Багане: в 2024 году его наконец-то достроили и открыли, но временные параметры участия в программе были нарушены. Дошло до того, что в прошлом и нынешнем году регион практически не был допущен к числу участников программы, точнее, допущен, но с огромными ограничениями. Своеобразным «импортозамещением», пусть и с несопоставимыми объёмами финансирования, стала региональная программа КРСТ, запущенная в 2024 году, но на одном из заседаний аграрного комитета Заксобрания аудитор КСП Елена Саблина заявила, по итогам проведённой проверки, что наша госпрограмма либо не содержит критериев, соответствующих федеральным требованиям к госпрограммам, либо не отвечает им. Да, опять можно сказать, что Андрею Шинделову многие проблемы достались по «наследству», но и спустя год с лишним ситуация с КРСТ в нашей области принципиально не изменилась. Плюс можно вспомнить, что, ещё будучи первым замминистра, именно он курировал федеральную программу КРСТ.
Просто не повезло?
Вообще, если ретроспективно обозревать 20 месяцев министерства Шинделова, а также два месяца в статусе исполняющего обязанности, то Андрея Викторовича в целом можно назвать невезучим человеком. Урожай 2024 года, как и годом ранее, стал одним из самых низких в Новосибирской области за последние два десятилетие. Плюс, уменьшилась доля зерна пригодного для хлебопекарного производства. В 2025 году урожай был выше, но качество зерна из-за затяжных дождей было крайне низких, а часть полей вообще не смогли убрать. С одной стороны – реально экстремальные погодные условия два года подряд, да и не министр, в конце концов, хлеб выращивает и убирает. Да и в случае с пастереллёзом так и нет окончательной внятной версии, как и почему оказалась в регионе эта зараза. Но есть человек, отвечающий за сельское хозяйство, вот он и ответил потерей своей должности. Снежный ком случайностей и невезения, накрывший Шинделова, вполне можно считать таковым, но есть объективные недоработки и просчёты, которые невозможно отрицать.
Губернатор пообещал согласовать и назвать имя нового министра, и, возможно- вице-губернатора, в ближайший четверг, 23 апреля. Кто бы не занял это кресло, ему не позавидуешь. Уже начались полевые работы и на носу начало посевной, структура управления министерства явно требует перестройки, да и особых скидок новому главе Минсельхоза долго делать никто не будет. Пусть ему повезёт, а мы помним, с кем это обычно происходит.
Ранее мы писали, что в НСО начались полевые работы.
Виталий Злодеев