Данные Новосибирскстата и Росреестра фиксируют эту двойственную тенденцию. Журналисты НДН.Инфо проанализировали официальные ответы.
78 «мёртвых» деревень уже сегодня
Согласно итогам Всероссийской переписи населения 2020 года (фактически проводившейся в октябре–ноябре 2021 года), в Новосибирской области насчитывается 78 сельских населённых пунктов, в которых нет ни одного постоянного жителя. Это не просто статистика — это реальные сёла и деревни, которые существуют лишь на бумаге и топографических картах. Ни людей, ни хозяйства, ни перспектив.
Кроме того, 64 населённых пункта имеют население до 5 человек, в сумме это 182 жителя. Из них в 11 деревнях и посёлках числится всего по одному человеку. В 31 населённом пункте проживают 2–3 человека, а в 22 — 4–5 жителей.
Антилидером среди «умирающих» районов стал Кыштовский, где насчитали 8 пунктов с населением менее 5 человек (Берестянка, Старый Майзас, Худышка, Садовка, Тынгиза и другие). На втором месте — Барабинский район (5 пунктов), затем Болотнинский и Тогучинский районы (по 4 пункта). В Куйбышевском, Мошковском и Чулымском районах — по 3 таких поселения.
Люди, проживающие там, последние хранители жизни на своих территориях. Когда они уйдут или переедут, деревни пополнят список «мёртвых».
20 исчезнувших за десять лет — официально
Росреестр предоставил данные об упразднённых населённых пунктах. С 2016 по 2026 год 20 деревень, посёлков и разъездов официально исключены из реестра. Причина — полное отсутствие жителей в течение трёх и более лет, что соответствует областному закону № 4-ОЗ.
Упразднения затронули шесть районов и три муниципальных округа. В Баганском районе ликвидирован посёлок Курский. В Болотнинском районе исчезли деревни Верхотуровка, Рыбкинск, Абрамовка и Новоселье. В Венгеровском муниципальном округе упразднена деревня Кругленькая. В Каргатском районе — посёлки Барановский, Капралово и посёлок 3144 км. В Коченевском районе — посёлок Березовский и населённый пункт 3298 км. В Купинском районе — посёлок Казарма 150 км, железнодорожный разъезд 151 км, посёлок Питомник и деревня Селиваново. В Северном муниципальном округе — деревни Канаш и Михеевка. В Сузунском муниципальном округе — железнодорожный разъезд Новоосиновский и железнодорожная станция Тараданово. В Чулымском районе — посёлок Зырянка.
Каждый из этих 20 пунктов уже давно был фактически мёртвым — без людей, без хозяйства. На очереди по переписи «кандидаты» на упразднение — 78 пустующих деревень. Как только они простоят без населения три года, их постигнет та же участь. И если за десять лет исчезло 20 пунктов, то при сохранении тенденции 78 «мёртвых» деревень могут быть ликвидированы в течение следующих 30–40 лет. Однако процесс может ускориться: многие из 64 пунктов с 1–5 жителями тоже опустеют гораздо раньше.
Стройка бьёт рекорды, а деревни умирают
На этом фоне Росреестр фиксирует взрывной рост индивидуального жилищного строительства в пригороде. Только за 2025 год в Новосибирском районе построено 2188 новых объектов ИЖС, в Мошковском районе — 248, в Искитимском районе — 197, в Ордынском районе — 184, в Коченевском районе — 180, в Колыванском районе — 105.
Люди массово строятся вокруг областного центра, но не едут в дальние сёла и деревни. Причины очевидны: отсутствие работы, инфраструктуры, транспорта, медицинской помощи, школ. Государственные программы по развитию сельских территорий пока не могут переломить этот тренд.
Перед нами классическая модель поляризованного расселения. Жизнь концентрируется в крупных городах и их пригородах, а периферия деградирует и исчезает. Новосибирская область — не исключение, а скорее пример общероссийской тенденции.
При этом важно понимать: пустующие деревни — это уже потерянный ландшафт. Восстановить жизнь в них практически невозможно без огромных вложений. 64 пункта с населением до 5 человек — это зона риска. Местные жители, как правило, пожилого возраста, и естественная убыль населения довершит процесс за несколько лет.
Ранее мы писали о затопленных деревнях.
Елена Романова