Хотя таяние мерзлоты обычно связывают с Крайним Севером, в горах оно идёт не менее активно. Горный Алтай учёные называют «природной лабораторией», где процессы можно наблюдать вблизи.
«Горный Алтай является уникальной и доступной учёным «природной лабораторией». Полученные данные помогут оценить процессы на других обширных и удалённых территориях», — отметил кандидат географических наук Павел Бородавко.
Вечная мерзлота, по его словам, работает как армированный бетон: частицы пород скреплены подземным льдом. Этот монолит удерживает склоны от обрушения и не даёт котловинам превратиться в болота. Но сейчас «холодильник» дал сбой. Данные получены с 12 скважин на Южно-Чуйском хребте и в Чуйской котловине.
Что это значит на практике
Таяние запускает цепную реакцию. Вода намерзает ледяными линзами и выдавливает грунт вверх — образуются бугры пучения. Такая «мина замедленного действия» может появиться под дорогой или фундаментом. С другой стороны, появляются просадки, которые заполняются водой и превращаются в термокарстовые озёра. На Верхнечуйском участке их площадь за последние годы выросла на 42%.
Отдельная проблема — озёра, подпруженные моренами. Потепление разрушает лёд, который их цементирует, и плотина может не выдержать. В зоне риска — Верхнее Аккольское озеро, озёра в долинах Тингеду, Караайры и Голубое озеро в Ак-Тру.
«Алтайская криолитозона выступает колоссальным скрытым резервуаром парниковых газов. Размораживание органики запускает парниковую активность. Фиксируется опасный замкнутый круг: потепление высвобождает газы, которые ещё сильнее разогревают атмосферу», — пояснил Бородавко.
Учёный предупреждает: «Вполне реален день, когда на наших глазах на место альпийских лугов придёт степь, а Чуя уже не будет такой широкой и глубокой».
Исследователи планируют расширить сеть мониторинга и выработать рекомендации для защиты инфраструктуры и ландшафтов.
Ранее мы писали о приближении бабьего лета.
Елена Романова