Преподаватели и студенты Института истории, гуманитарного и социального образования Новосибирского государственного педагогического университета (НГПУ) продолжают участвовать во Всероссийском научно-просветительском проекте «Архивный десант», организованном Национальным центром исторической памяти при Президенте Российской Федерации., рассказали НДН.Инфо
Проект «Архивный десант» НГПУ продолжается под руководством доцента Татьяны Кебак и старшего преподавателя Юлии Линейцевой. Студенты ИИГСО занимаются распознаванием текстов с фотокопий архивных документов и переводом их в машинописный формат для Национального центра исторической памяти. Эти документы включают письма жителей оккупированных Ворошиловградской и Сталинской областей (ныне Луганская и Донецкая народные республики в составе России), угнанных на работу в Германию. Также они содержат письма остарбайтеров («восточных рабочих») в Германии от родных, оставшихся на оккупированных территориях. Эти свидетельства нацистских злодеяний были собраны Чрезвычайной государственной комиссией, которая фиксировала ущерб, нанесенный оккупацией: количество погибших, ущерб сельскому хозяйству и промышленности.
Татьяна Кебак рассказывает, что сначала письма расшифровывает искусственный интеллект, а затем их проверяют и, при необходимости, исправляют или полностью переписывают. Эта работа требует большой эмоциональной устойчивости, так как письма, несмотря на цензуру, содержат детали быта и яркие эмоции.
Рабочий день длился по 12–14 часов, с одним выходным в неделю. Дорога до места работы проходила под конвоем, передвижение в нерабочее время было ограничено. Питание было скудным, и молодые девушки, которым не исполнилось и 25 лет (они составляют большинство сохранившихся «остарбайтерских» писем), просили родных прислать им посылки с едой. Их жизнь мало отличалась от заключения в концлагере. В письмах они спрашивали о здоровье родных, наличии еды и топлива, а также о том, какие деньги ходят в обращении.
Татьяна Кебак отмечает, что в рамках «Архивного десанта» были обнаружены редкие документы – письма к остарбайтерам от родных, оставшихся дома. Среди них – письмо Алексея из Пролетарска в Германию своей сестре Вере Карпенко и письмо Антонины Мустафа своей сестре Зине в Нюрнберг.
Основная цель «Архивного десанта» – не только расшифровка документов, но и увековечивание памяти жертв геноцида советского народа нацистами и их пособниками в годы Великой Отечественной войны. Эта работа ведется в рамках Федерального закона от 1 июля 2021 года № 74-ФЗ «Об увековечении памяти жертв геноцида советского народа в годы Великой Отечественной войны» и направлена на сохранение исторической правды о преступлениях против мирного населения. Информация о людях, упомянутых в этих документах, будет размещена на Национальном портале памяти «Геноцид советского народа нацистами и их пособниками в годы Великой Отечественной войны».
Ряд сотрудников НГПИ-НГПУ также пережили тяжелые времена оккупации. Николай Георгиевич Томилин до войны жил в Ростовской области, которая была оккупирована врагом. После освобождения он ушел на фронт и воевал до 1945 года, после чего окончил физико-математический факультет НГПИ. Петр Никифорович Климентьев в 1941 году попал в плен и был отправлен на работы в Германию, где находился до Победы. Юрий Степанович Казаченко также попал в плен и три года находился в Судетской области на территории Чехословакии. Анатолий Васильевич Колесников был призван в Красную Армию в 1942 году и тоже попал в плен. Все они были освобождены в 1945 году. Их судьбы и жизненный путь в годы войны описаны в книге кандидата исторических наук, доцента Александра Сергеевича Юмашева «Это великое слово «Победа»».
Тема памяти жертв нацистской оккупации в годы Великой Отечественной войны будет продолжена в НГПУ 17 апреля, когда вуз присоединится к Дню единых действий. Эта новая дата, установленная Федеральным законом от 29 декабря 2025 года, отмечается 19 апреля.
Строчки из писем:
«Мама, милая мамочка! Пусть мои слезы дойдут к тебе. Если я не с тобой, то пусть слезы мои будут с тобой. Как мне тяжело» (Мария, угнана в Германию. На бумажном листе ярко выделяются следы слез).
«С одной стороны, здесь скверно, прескверно, но ко всему этому мы ещё и не свободны, что хуже, чем голод. Боже, боже, но ведь домой нам и не светит скоро. Ведь пока война не окончится, нам не суждено быть дома. Но когда она окончится? Неизвестно. Работа у меня не особенно трудная, но ужасно грязная. Руки мои хуже, чем у чернорабочих. В комнате нас 32 человека. Вечно шум, крик…» (Надежда – родным, 28 мая 1943 года)
«Зиночка! Наконец пришло долгожданное от тебя письмо, которое мы ждали изо дня в день. Читая твоё письмо, мы все хорошенько поплакали из‑за того, что мы живём все вместе, а тебя одной нет. Каждый день ты нам снишься, и Клаве ты снилась сегодня: во сне вы вместе кушали конфеты. Дорогая сестра Зиночка!».
Татьяна Картавых
